24 августа 2019, суббота
  • Куда деваются биоотходы?

Куда деваются биоотходы?

Полгода назад сетевое издание «Труд Черноземья» опубликовало результат журналистского расследования под заголовком «Как похоронить скотомогильники?»

В нем говорилось о том, что, по оценкам различных экспертов, в Воронежской области ежегодно образуются сотни тысяч тонн трупов животных — из-за естественного падежа, эпидемий. Сюда же относятся отходы производства мясокомбинатов, скотобоен и цехов, продукты с истекшим сроком годности, конфискованные фальсификаты. Однако единственный в районе ветсанутильзавод перерабатывает за год не больше двадцати тысяч тонн биоотходов и — как это ни парадоксально — загружен не полностью. Вывод: подавляющая часть мертвечины просто закапывается, ибо сжигать ее слишком дорого.

Этот материал был передан лично губернатору региона Александру Викторовичу Гусеву, который озаботился проблемой. В том, чтобы ее решить, приняли участие заместители председателя правительства Виталий Алексеевич Шабалатов, Виктор Иванович Логинов, заместитель руководителя департамента аграрной политики Воронежской области — начальник отдела развития животноводства Дмитрий Владимирович Изюмов, за что им большое спасибо. Было проведено специальное совещание с ответственными службами, управление ветеринарии разослало соответствующие письма во все районы области.

А я продолжал заниматься сбором материала по этой проблеме. Выяснилось много интересного.

Согласно Ветеринарно-санитарным правилам сбора, утилизации и уничтожения биологических отходов, утвержденным главным государственным ветеринарным инспектором Российской Федерации 04 декабря 1995 г. № 13-7-2/469, в зоне, обслуживаемой ветеринарно — санитарными утилизационными заводами, ВСЕ биоотходы, кроме отходов, зараженных болезнями, прямо указанными в вышеназванных правилах, подлежат переработке в мясокостную муку.

Утилизационные цеха животноводческих хозяйств вправе перерабатывать отходы, полученные только в процессе их собственной производственной деятельности.

Но, судя по всему, некоторые недобросовестные бизнесмены, чтобы не платить за утилизацию (хотя ее стоимость заложена в цену мяса) в погоне за сверхприбылью закон нарушают. Хотя за это установлена административная ответственность Кодексом административных правонарушений РФ, в частности для юридических лиц в размере от 500 до 700 тысяч рублей. А за нарушение ветеринарных правил, повлекшее по неосторожности распространение эпидемий или иные тяжкие последствия, наступает уже уголовная ответственность по части 1 статьи 249 УК РФ. Виновникам грозит штраф в размере до 120 тысяч рублей, либо исправительные работы, ограничение свободы, лишение свободы — все на срок до двух лет.

Очевидно, эти карательные меры не пугают владельцев мясокомбинатов, ибо сверхприбыль настолько велика, что жадность становится сильнее страха.

Это что касается юридической стороне дела. А вот — сторона фактическая. Оказалось, что реальной оценки количества производства и утилизации биоотходов на сегодняшний день в регионе нет, сведения за предыдущие годы противоречивы. Так, в приложении к приказу № 543 от 16 октября 2017 года «О внесении изменений в приказ департамента природных ресурсов и экологии Воронежской области от 26.08.2016 г. № 356» (оно называется

Территориальная схема обращения с отходами) указано, что в предприятиях региона, занимающихся животноводством и обработкой животноводческой продукции, ежегодно образуются 58102,06 тысячи тонн биоотходов.

В письме же заместителя председателя правительства Воронежской области А.А. Спивакова от 13.01.2011 г. № 01-05/065 дается цифра 130 тысяч тонн.

Есть и еще одно письмо, подписанное заместителем руководителя управления ветеринарии Воронежской области Н.Ю. Эсауленко от 28.11.2018 года № 63-11/2352. Вот цитата из него: «По состоянию на 01.11.2018 на территории Воронежской области 9 хозяйств имеют биотермические ямы для утилизации трупов животных и птицы, 67 хозяйств используют 86 инсинераторных установок для термического уничтожения биологических отходов, 8 мясоперерабатывающих предприятий используют оборудование для утилизации ветеринарных конфискатов. Остальные производители животноводческой продукции в соответствие с ветеринарным законодательством пользуются услугами ОАО «Ветсанутильзавод Гремяченский», с. Гремячье, Хохольского муниципального района, имеющего производственную мощность 100 тонн в сутки или 26 тыс. тонн в год, которых достаточно для покрытия всех нужд области.

Здесь нужно учесть следующее. Биотермические ямы имеют небольшие размеры и очень быстро заполняются. Инсинераторные установки обладают малой мощностью и, по закону, могут быть использованы только для уничтожения отходов, зараженных болезнями. Все предприятия, обладающие оборудованием для производства мясокостной муки (их, кстати, 7, а не 8, как указано в письме Н.Ю. Эсауленко), совместно утилизируют менее 4600 тонн биоотходов в год, то есть, если верить управлению ветеринарии, «нужды области» в уничтожении биоотходов составляли в 2018 году даже меньше, чем 58 с небольшим тысяч тонн в 2017 году.

На самом же деле все эти годы производство животноводческой продукции, а, соответственно, и число животных и птиц сильно увеличилось, так что реально биоотходов в 2017-18 годах было намного больше. С тех пор их количество еще возросло (по некоторым данным, на 25 процентов). Кроме того, в эти показатели не входят испорченные или потерявшие срок годности пищевые продукты, которые должна утилизировать торговая сеть. В официальную статистику не попадает и кровь забиваемых животных, а это десятки, если не сотни тонн в сутки. (По этой проблеме готовится отдельный материал). Далее, население региона в прямом смысле слова выбрасывает на помойку павших домашних животных. На местный ветсанутильзавод «Гремяченский» привозят в год еще и около 15 тысяч тонн отходов из других областей. Поэтому, по предварительным подсчетам, учитывая, что в области функционируют 212 предприятий — источников образования биологических отходов, а многие из них занижают реальное количество имеющихся в наличии животных или птиц, а соответственно, и размеры падежа, количество биоотходов может достичь до 300 тысяч тонн ежегодно.

Сведения о переработке этих отходов также далеки от действительности. Согласно Территориальной схеме, в 2017 году в области было 7 предприятий, имеющих оборудование для производства мясокостной муки из биоотходов, которые совместно утилизировали 4595,239 тонны биоотходов, то есть 7,9 процента от их общего количества. Статистика вызывает сомнение, так как только завод «Гремяченский» (который, согласно упомянутой Территориальной схеме, утилизировал всего 2136,104 тонны биоотходов в 2017 году, а, по данным самого предприятия, 809, 2 тонны — имеются в виду биоотходы, поступившие от предприятий Воронежской области), на самом деле ежегодно перерабатывает в костную муку в среднем 20 тысяч тонн. Правда, три четверти этих отходов поступают из соседних областей ЦЧР, а также из Москвы, Волгограда, Саратова и т.п. Напротив, остальные предприятия, указанные в схеме, перерабатывают только биоотходы собственного производства и, по некоторым данным, в меньшем количестве, чем раньше, т.к. у них устарело оборудование.

В любом случае, даже если судить по официальным вышеуказанным цифрам, в регионе утилизируются всего менее 8 процентов биоотходов. Куда деваются остальные?!

Повторимся: очень похоже, что их просто закапывают. Говорить о вреде такого, с позволения сказать, «метода утилизации» можно очень долго, ведь через землю опасные вещества проникают в реки, ручьи, водоносные слои, а оттуда — в водопровод. Может быть, поэтому онкологические и мочекаменные заболевания медики называют краевыми патологиями Воронежской области?

Сжигание отходов тоже наносит урон экологии — загрязняется воздух, что не менее опасно для здоровья населения. Тем не менее управляющий группы компаний «Верхнехавский» (свинокомплекс) в разговоре со мной с гордостью рассказывал о том, что весь падеж на его предприятии сжигается в инсинераторных печах.

Опять напомним: по закону сжигание можно использовать только в случае эпидемий, трупы животных, павших от других причин, подлежат сдаче на спецпредприятия для переработки в костную муку. И для каждого эпизода использования печей должны выписываться особые ветеринарные справки.

Интересно, есть ли они у группы компаний «Верхнехавский» на каждый случай ликвидации падежа таким способом?!

Но остался неотвеченным главный вопрос: а кто же не отправляет на переработку свои биоотходы? Для решения этой загадки я обратился к трем источникам: Территориальной схеме обращения с отходами, где указаны все хозяйства, образующие биоотходы; к списку предприятий, которые реально возят отходы на ветсанутильзавод; к перечню компаний, имеющих собственное оборудование для производства мясокостной муки.

Начнем с последних. К этой группе относятся ООО «Главмяспром» (Борисоглебский район), ООО «Борисоглебский мясоконсервный комбинат», ООО «Борисоглебский мясокомбинат», ООО «Мясокомбинат» Бутурлиновского района, ООО «Лиско Бройлер», ООО «Мясокомбинат Бобровский». Полностью ли они утилизируют отходы своего производства или нет, остается предметом дальнейшего исследования. Впрочем, иногда отдельные представители этой группы животноводческих фирм привозили на ветсанутильзавод «Гремяченский» биоотходы.

Вторая группа — компании, которые реально в 2019 году сдавали отходы на переработку в мясокостную муку. Как писал Ленин о декабристах, «узок круг этих революционеров», их можно пересчитать по пальцам: АО «9-я Пятилетка» (Лиски), ООО «Заречное» (Рамонский район), ООО «Зеленый луг» (Петропавловский район), ООО «Масловские колбасы» (Воронеж), ООО «Ольховлогское» (Каменский район), ООО «Ориентир» (Семилукский район), ООО «Племенной завод Ангус-Шестаково» (Бобровский район), ООО «Фосфорель» (Воронеж), ООО «Черкизово-Свиноводство» (Нижнедевицкий район), ВООИ «Синтез» (Воронеж).

Подсчитаем: 16 из 212 предприятий, то есть чуть более 7,5 процентов! Вспомним, что, по официальным данным управления ветеринарии, перерабатывается всего 7,9 процентов всех образовавшихся в области биоотходов! Цифры почти совпадают.

Как же оставшиеся 196 фирм, занимающихся животноводством (третья группа), справляются со своими отходами, которые в 2017 году составляли 52484 тонны (я уже упоминал, что эти цифры явно занижены, а сейчас, спустя два года, количество биоотходов сильно возросло в связи с развитием в области животноводства). Эту загадку могут решить только проверки природоохранной прокуратуры и управления ветеринарии Воронежской области, куда мы направим эту статью с соответствующими письмами и списком из 196 компаний, которые девают свои отходы неизвестно куда (его не публикуем из-за большого объема). Мы попросим проверяющие органы определить, сколько эти хозяйства реально производят биоотходов, как их утилизируют. В случае, если их руководство будет утверждать, что все сжигают, следует проверить, достаточную ли мощность имеют их инсинераторные печи и есть ли у них специальные ветеринарные справки, выписывающиеся только при обнаружении у животных каких либо заболеваний. Если будут говорить, что отходы вывозятся в другие области, обман можно легко обнаружить по системе «Меркурий», которая фиксирует перевозки любой животноводческой продукции.

Результаты проверок мы обязательно опубликуем и направим в правительство Воронежской области.

А пока хотелось бы сообщить читателям, что готовим еще ряд публикаций по экологии. Первый из них — материал о крови забитых животных, которая, по нашей информации, в огромных количествах сливается в канализацию вместо переработки в кровяную муку. Второй — о том, как торговые сети и продуктовые магазины выбрасывают пришедшие в негодность товары в мусорные ящики вместо того, чтобы сдавать их на утилизацию. Третий будет посвящен сельхозпредприятиям, которые сжигают предназначенные для перевозки сыпучих и жидких удобрений полиэтиленовые бигбэги и канистры, хотя есть фирмы, которые покупают такую тару за неплохие деньги. А ведь сжигание пластика очень вредит здоровью населения и окружающей среде. Словом, нам есть что рассказать.

Юрий Пульвер. Воронеж.

Оставьте комментарий
Имя*:

Оставляя комментарий, я даю согласие на обработку персональных данных.
* — Поля, обязательные для заполнения