Есть дети, которые входят в класс, как входят в солнечный двор, – легко, шумно, с распахнутыми руками. Такой была Полина Радько из воронежского лицея № 8. Лучезарная девочка, которая в три года садилась на шпагат и всё время пела, танцевала, кружилась по дому, как будто в ней жила маленькая весна. У неё были планы, банты и целая жизнь впереди. А потом случилась трагедия – падение со шведской стенки на занятиях группы продлённого дня. О двух с половиной годах одиночной борьбы за здоровье дочери и справедливость журналисту «Труда Черноземья» рассказал её отец Виталий.
Падение
Несчастный случай произошёл на весенних каникулах, 25 марта 2024 года. Полина упала в спортивном зале во время продлёнки, которую ведёт частное учреждение «Феникс». По словам отца девочки Виталия, детей из разных классов собрали в спортивном зале, поставили парты, а маты с пола убрали.
Девочка упала с турника и потеряла сознание. Старшие дети подняли её и усадили за парту. Взрослых в момент падения в помещении не было. Когда учительница вернулась в класс, она вывела девочку в коридор, посмотрела, нет ли на её теле синяков и не вызывала скорую.
Только на следующий день мама поняла состояние ребёнка и обратилась в травмпункт. Там выяснилось, что у Полины шесть компрессионных переломов, нестабильный осколок и искривление позвоночника. Ночью девочку госпитализировали в Воронежскую областную клиническую больницу № 2.
«Ищите всё на Avito»
Дальше, по рассказу Виталия, начинается история борьбы за здоровье и справедливость.
На специальную вытяжку, которая нужна при переломе позвоночника, девочку не положили. А после того, как Виталий пообщался с учительницей с платной продлёнки, по какой-то причине лечащий врач потребовал от матери написать отказ от лечения. Она не стала этого делать. На тот момент ребёнок находился в больнице два дня в коматозном состоянии. Девочка не могла шевелить ногами, и у неё было недержание мочи.
«После того, как жена не стала отказываться от лечения, врач сообщил, что в понедельник нас выпишет», – говорит Виталий.
По словам отца, на вопрос, что делать с физиопроцедурами, магнитами и электрофорезом, ему ответили: «Ищите всё на Avito».
За четыре месяца, пока Полина лежала дома, к ней, по словам отца, не зашёл ни один врач. В реабилитации также отказали. Сказали, что поступить можно только через полгода, а полгода ребёнком должна заниматься больница. Круг замкнулся, а через два месяца у девочки начались адские боли.
Диагноз, который не хотели слышать
Только через 2,5 года врачи из Центра детской травматологии и ортопедии им. Г. И. Турнера в Санкт-Петербурге диагностировали травму спинного и головного мозга. Из-за неё девочка страдает адскими болями и отёками. Питерские медики настаивают на инвалидности и регулярной реабилитации. Однако поликлиника, по словам отца, отказывается оформлять спинальную травму, упорствует на старых компрессионных переломах, которые за полгода года зажили.
«Когда мы приехали в Центр Турнера, врач посмотрел выписку и первым делом спросил: «Почему ребёнку отказали в лечении? Почему ребёнка не лечили?» Он начал проводить тесты и говорит: «Поражение спинного мозга. Нейроны погибли от удара. Почему никто её не обследовал? Её должны от кончика пальцев до макушки головы обследовать». Нам нужно чтобы воронежские врачи приняли этот диагноз и поставили нам инвалидность. Только так мы сможем ежегодно получать дорогостоящую реабилитацию», – рассказывает Виталий.
Расследование стоит на месте
Виталий предполагает, почему ребёнку было отказано в лечении в областной больнице и в поликлинике.
«Нас ведь выписали из больницы сразу же, как только я пообщался с преподавателем. Странное совпадение. Мне предлагали 100 тыс. рублей и написать отказ от претензий. Мы не взяли деньги, мотивируя это тем, что на памперсы мы потратили примерно 20 тыс. рублей», – говорит Виталий.
В январе этого года он написал заявление уполномоченному по правам ребёнка, в Следственный комитет, в том числе Бастрыкину.
Неразбериха началась и с судмедэкспертизой. Её «провели» спустя три месяца и то только по бумагам. На момент получения травм у ребёнка травмы относились к тяжким. А сейчас, согласно судмедэкспертизе, они средней тяжести.
«Только после моего обращения к Сергею Филиппенко сменили следователя и назначили новую судмедэкспертизу», – отметил он.
«Я пойду до последнего»
Сегодня Полина, по словам отца, не может нормально ходить, у неё сильно болит голова и ноги, отёки, она падает, когда её окликнут. В доказательство Виталий принёс толстую пачку медицинских документов. Все дорогостоящие обследования семья проводила за свой счёт.
«В начале сентября в центре Турнера перед обследованием, когда дочь отцепили от датчиков, она спрашивает: „Папочка, это последний раз? Меня здесь вылечат? И у меня ножки не будут болеть, у меня голова не будет болеть. И я буду ходить как все детки нормально“. Эта ситуация не просто халатность. Я пойду до последнего. Я своего ребёнка не предам. И деньги мне их не нужны. Вместо того, чтобы помочь, не мешать, они моего ребёнка оставили без лечения. Я хочу обратить внимание Александра Бастрыкина на то, что мою дочь сделала инвалидом, и чтобы он наказал ответственных за бездействие», – говорит Виталий.